Дмитриенко Дмитрий Владимирович

Дата рождения:  09.05.1988 г.

Дата гибели:  23.02.2019 г.

Когда понимаешь, что некролог про Диму «Чечню» начинается с цифр – когда родился, когда погиб – по спине пробегает холодок. Родился девятого мая, погиб двадцать третьего февраля. Похоронили восьмого марта. Почему все даты выпадают на праздники? Может быть, потому что он жил очень просто и радостно, и не хотел бы, чтобы его дата рождения, смерти или похорон становилась «черным днем» в нашем календаре?

Но так или иначе – эти дни теперь навсегда связаны с нашей памятью о тебе, наш боевой товарищ Дима «Чечня», или как мы тебя называли среди своих – «Чеченя».

Димка относился ко многим вещам довольно просто – у него была своя философия пацана из Челябинска, который отслужил службу в Чечне (отсюда и позывной), а когда понял, что происходит на Донбассе – сорвался туда добровольцем. Ребята вспоминают, что он приехал в ЛНР ещё в 2014, в ополчение, затем попал на позиции в Сокольники, где получил первое боевое ранение – контузию, осенью 2014го. Затем выполнял свой добровольческий долг в разведке, после этого участвовал в «Дебальцевской операции», где в тяжелых боях, как говорят — в Калиново, вновь получил серьезное ранение, в самый разгар жестких боев.

Примерно в этот момент, я как раз приехала в ЛНР, и с ним познакомилась – когда он сидел раненый, с перебинтованной рукой, на квартире для добровольцев, которую снимало добровольческое движение «Интербригады», и рассуждал о жизни и о войне.

А в это время за окном полыхал и разворачивался «Дебальцевский котел». «Чечене» не очень нравилось, что события проходят мимо него, но сделать со своим ранением он ничего не мог – поэтому на месте, на квартире для добровольцев, ему оставалось только отвечать за порядок. Причем, это была попытка порядка в общем военном бардаке, когда постоянно приезжают добровольцы разной степени военного опыта, а за окном дребезжит небо от артиллерии.

От ранений он оправился, в итоге. И ударился в спорт (или обратно «в спорт»), «прокачивал физуху». Проходил дальше службу там, где «физуха» была весьма важна.

Но далеко от нас, добровольцев, он не отходил, где бы не служил. Всё равно помогал – или выручал кого-то со своей зарплаты, кто в тяжелом положении, или поддерживал как мог, если денег вообще ни у кого не было.

Но я вспоминаю, почему-то, историю про «Чеченю» и хорька.

Понятия не имею – зачем ему дался хорёк, и почему именно хорёк. Но он его отрыл на местном зоорынке, приобрел, садил себе на плечо, как элемент шарфа, и гулял с ним по Луганску. Вокруг него скапливались какие-то люди, дети, все просили погладить или сфоткаться. «Чеченя» сначала упирался, а потом со временем стал относиться более лояльно. Я не могу вспомнить, что точно с хорьками случилось, потому что один вроде сбежал, в шоке, а попытки завести следующего – примерно так же кончились.

А может, мне просто эти истории рассказали, чтобы я не переживала за хорьков. Здесь, как говорится – «за что купила, за то и продаю».

Но «Чеченя», по-своему, над ними пригорюнивался. Пока не решил, что больше хорьков заводить не станет. Но все-таки к ним привязывался, и это о нем тоже говорит.

А еще одна история будет, наверно, про то, как он все-таки «своих не бросал». Уже прошли времена «Дебальцевского котла», уже совершенно другая квартира с добровольцами, и он живет в другом месте сам, но к нам приходит.

Вечер, в дверь стучат. Кто-то из пацанов орет с балкона – «Это Чеченя!», открываешь дверь.
На пороге действительно стоит «Чеченя», в наушниках, из них играет музыка. Кивками обменялись – «Привет! Проходи!». Зайдет, сядет на кресло, смотрит вокруг.

Я с телефоном сижу на кухне, придёт – говорит: «Контра, брат, кофе угостишь?». Я в то время увлекалась свежесваренным кофе в турке, и в общем-то с удовольствием откликалась. Сваришь кофе – отвечает: «Контра, брат, а пошли на балкон, попьем кофе». И выходим на балкон, он в наушниках своих, но оба стоим и кофе пьем, смотрим на Луганск….

Нет, мы иной раз общались, и чем-то делились, но моменты, когда «пойдем, брат» — и мы молчим, и нас это не напрягает – (ред.)тоже очень сакральны, и важная часть Памяти. Не с каждым помолчишь, и не каждый назовет тебя «братом».

… Погиб он, как вы уже знаете, 23 февраля 2019 года. Похоронен на своей малой Родине.
Я думаю, есть много бойцов-добровольцев, которые его помнят, и могли бы что-то поправить, добавить и уточнить, ведь боевых ситуаций ему не занимать. Но я попыталась написать свой некролог, Памяти Товарища.

Как поется в одной военной песне о погибшем: «Прощай, мой брат, отныне ты навеки с нами».
Такая простая и сложная мысль. Но настоящая.
Прощай, Димка, прощай «Чеченя» – ты погиб, а значит – здравствуй. Теперь ты навсегда в нашей памяти. И в строю.

            Елена Павлюк («Контра»)

 

© 2018 - 2019 Помни Донбасс 

Введите данные:

Forgot your details?